Линейное

Первые годы существования Аррибы! я не придавал особого значения дедлайнам. Скажу больше - я их презирал. Тогда я был уверен, что творческую работу нельзя зажать в тиски бюрократии. Так я думал пока не узнал историю появления ненавистного мной слова deadline.

США. Во время гражданской войны в штате Джорджия был построен концентрационный лагерь Андерсонвилль, названный в честь городка, расположенного неподалеку. Рассчитан он был на 10 000 человек, но за 14 месяцев войны его «население» раздулось до 33 000. Перенаселенность лагеря очень хорошо видна на одной из немногих фотографий, сохранившихся с тех времен. Сам же лагерь представлял из себя всего лишь поле, огороженное деревянным забором и вышками для охранников по периметру. В лагере не было специальных строений для заключенных, поэтому все они проводили круглые сутки на земле. По этой причине летом от жары каждый день умирало по 100 человек и охранникам пришлось разрешить заключенным ставить простенькие палатки, тент для которых делался самими заключенными из собственной одежды.



Когда численность «посетителей» лагеря втрое превысила допустимую норму, а деревянный забор так и оставался деревянным, в целях повышения безопасности начальниками лагеря было решено вырыть в земле условную линию, находящуюся на расстоянии нескольких метров от забора. Охранникам было дано распоряжение стрелять без предупреждения каждый раз, когда любой из заключенных пересекал линию. Даже если одной ногой. Даже если случайно. Даже если споткнулся. И даже если тебя вытолкнули за линию недоброжелатели, итог один: пересек линию - получил пулю.

Эта линия на земле получила среди заключенных название deadline. И стала самой важной линией в их жизни, о существовании которой помнили каждую секунду нахождения в лагере. Те же, кто по каким-то причинам забывал о ней, становились мертвой иллюстрацией значимости линии.

Мне понадобилось значительно меньше: всего несколько лет, с десяток потерянных клиентов и ведро испорченных нервов для того, чтобы изменить свое мнение с «идите в жопу я творю» на «я знаю еще один смертный грех». Сейчас я железно уверен в двух вещах:

1. Дедлайны просто жизненно необходимы. При правильном их «приготовлении», они помогают работать более сфокусированно и эффективно.
2. Срыв дедлайна даже в творческих профессиях - это просто результат ошибок в управлении своим временем и проектом. По моему опыту есть только две настоящие причины срыва дедлайна - а) слишком много на себя взвалил или б) слишком хреново подошел к планированию своей работы.

В нашей команде отношение к этой линии, вырытой в земле, сильно изменилось и мысль о ее существовании не покидает нас вплоть до момента сдачи каждого следующего проекта. Конечно, это не значит, что мы не срываем дедлайны. Срываем. Это рабочий процесс. Но происходит это только в одном случае - когда возникает уверенность, что где-то среди созданных командой идей находится алмаз, который просто нужно достать и отшлифовать. Тогда я беру на себя ответственность и отодвигаю сроки реализации проекта для того, чтобы презентовать действительно крутое решение поставленной задачи. А потом сажусь и провожу работу над ошибками менеджмента. Потому что срыв дедлайна - это в первую очередь сигнал о нарушенных процессах в компании. Даже если одной ногой. Даже если случайно. Даже если просто споткнулся.

Личное

«Никогда не работай с мудаками». Это один из первых принципов агентства, которые я записал в свой маленький склерозник через несколько недель после создания Аррибы. Он стоял даже перед принципом «никогда не работай с политикой и табачниками». Отработав на многих должностях во многих компаниях, я полностью убедился в том, что мудаки приносят огромный вред любому коллективу вне зависимости от суммы контракта. Все задействованные в работу с такими клиентами люди очень быстро лишаются всяческого энтузиазма, впадают в легкую форму депрессии, которая очень быстро передается остальной части коллектива (даже тем, кто не имеет отношения к проекту), что неминуемо отражается на качестве продукта. Именно поэтому я никогда не мог понять клиентов, которые намеренно ведут себя с партнерами как мудаки. Под мудаками каждый, конечно, понимает свое. Я называю мудаками компании, которые хамят агентству, ведут себя высокомерно с любым из его сотрудников, демонстрируют наплевательское отношение к проекту, намекают на откаты, включают режим «мы платим - вы танцуйте», предпочитают скандалы конструктивному решению рабочих моментов и так далее. Представители таких компаний являются ярыми приверженцами принципа «ничего личного, это только бизнес», не понимая, что любой бизнес - это в первую очередь отношения между людьми, где личного как раз очень много, хотим мы того или нет, и попытка игнорировать это личное практически всегда приводит к хреновым результатам. Хорошим тому примером могут служить Ван Моррисон и студия звукозаписи Bang Records.

Ван Моррисон был легендой мира музыки. На его счету было шесть премий Грэмми, его портрет красуется в Rock and Roll Hall of Fame, а для описания его стиля музыковеды придумали отдельный термин - «кельтский соул». В 1967 году студия Bang Records подписала с Ваном контракт, по которому тот должен был записать для лейбла 45 композиций. В марте того же года Ван провел два дня в студии, записывая синглы, а уже через несколько недель обнаружил, что студия, без его согласия, собрала записанные композиции и начала продавать их как отдельный альбом, несмотря на то, что сам Ван планировал продолжить над ними работу, так как был не до конца доволен результатом. На все вопросы к лейблу Ван получал лишь один ответ - «Ты подписал с нами контракт, поэтому мы сами будем распоряжаться результатами твоей работы». И с чисто юридической точки зрения студия была права. Человеческий фактор был полностью проигнорирован. Потому что это просто бизнес.

Моррисон понял. Моррисон перечитал контракт. Моррисон записал оставшиеся 32 композиции. Все они были записаны за один день, под брынчанье своей гитары без предварительной работы над текстом. Находясь в нью-йоркской студии музыкант просто пел то, что приходило ему в голову. Текст одного из шедевров гласил:

Here come dumb George
Here come dumb George
Here come dumb George
Here come dumb George

Here come dumb George
Here come dumb George
Here come dumb George
Everybody together on the chorus

Вторая песня была более интерактивна и называлась она «You say France and I whistle», в которой больше не было никаких других слов. И таких шедевров набралось ровно 32 (часть из них вы без проблем можете найти в Youtube). Достаточно для релиза не одного, а сразу трех альбомов. Моррисон внимательно читал контракт. Нигде не было сказано, что песни должны быть грамматически правильными. Так же, как нигде не было сказано, что они должны быть качественными. А если бы кто-то и захотел юридически описать понятие «качество», он бы просто запутался в критериях оценки. Условия контракта были выполнены, музыка была записана. Но альбом никогда не был выпущен, студия потеряла деньги и топового исполнителя. «Просто бизнес» так и не случился.



Крутые продукты всегда рождаются там, где есть удовольствие от работы. А удовольствие от работы не может возникнуть в хреновых отношениях. Бизнес остается просто бизнесом и в долгосрочной перспективе не приносит дивидендов ни одной из сторон.

Легендарное



Помните эти Casio? Модель F91-W. Предмет гордости любого школьника. Часы, которые открывали перед тобой все тетради для списывания только за то, чтобы повертеть его в руках. Предел детских мечтаний, как минимум, половины ребят из моего 5а класса. Недавно этой часовой легенде стукнуло 24 года, но компания все так же штампует по 3 миллиона экземпляров в год, а на Амазоне люди не перестают ставить продукту пять звезд и писать восторженные отзывы, коих набралось уже несколько тысяч. Практически каждый солдат ВВС США приобретал себе одну пару при поступлении на службу. И немудрено. Часы дешевые ($18), водонепроницаемые, практически неубиваемые, со сроком службы батарейки до 7 лет. В общем, ребята из 5а класса и солдаты ВВС обожали эти часы.

Забавно, что вместе со всем миром, эти часы обожали террористы. И на то были вполне конкретные причины. Как говорится, рациональные продуктовые преимущества.

Во-первых, часы, будучи массово производимыми, электронными и, что характерно, надежными, было удобно использовать для быстрого создания взрывных устройств с дистанционным управлением. Их можно было достать в любой стране мира в любой торговой точке фактически за бесценок.

Во-вторых, как бы странно это ни звучало, но исламские террористы предпочитали эту модель за ее водонепроницаемость. Как вы знаете, перед молитвой мусульмане омывают руки по локоть, и обычные часы приходилось снимать, что, конечно, не всегда удобно, особенно если ты - террорист на задании.

«Но постойте, Casio - были не единственными электронными дешевыми водонепроницаемыми часами» - скажете вы и будете, конечно, правы. Поэтому третьей и самой главной находкой, которая принесла часам такую популярность среди террористов, был их таймер. В течение долгого времени Casio F91-W были единственными часами, чей таймер можно было поставить на 23 часа, 59 минут и 59 секунд. Никто не понимал за каким чертом в часах нужен такой длинный таймер. Никто. Кроме террористов. У которых появлялась уйма времени, чтобы нажать кнопку и отойти на максимально безопасное расстояние.

Так и получилось, что из всех самых очевидных преимуществ Casio F91-W славу часам среди определенной целевой аудитории принесло самое неочевидное и второстепенное свойство. Но оставим в покое террористов, пусть спокойно горят себе в аду. Потому что вряд ли именно таким был расчет Casio, вряд ли производитель проводил фокус-группы, глубинные интервью и полевые наблюдения. Надеюсь, все это произошло случайно. Но что нужно было бы делать Casio, если бы компания действительно решила найти для себя новую нишу и заполучить новую аудиторию, не внося изменения в свой продукт? Составить карту потребностей различных аудиторий и понять каким образом продукт может встроиться в эти потребности. Например, потребности никак не пересекающихся между собой школьника 5а класса, солдата ВВС и террориста.

P.S. На прошлой неделе в New York Times вышла новость о задержании полицией студента одного из нью-йоркских колледжей по подозрению в содействии терроризму. Основным доказательством следствия выступила история интернет-поиска. В официальном заявлении значилось: «10 мая подозреваемый совершил сеанс интернет-поиска по ключевым словам «часы», «casio», «вакуум». Эти поисковые слова отражают попытки подозреваемого найти компоненты, необходимые для создания взрывного устройства.

P.P.S. Кстати, первым продуктом Casio был мундштук-кольцо (Юбива пайпу — «кольцо–трубка»), который так же появился из понимания потребностей курильщиков. После Второй мировой войны в Японии был жесткий продовольственный и промышленный кризис. Сигареты, бывшие в остром дефиците, курили до самых пальцев. Понимая это, один из братьев Касио изобрёл «кольцо–трубку», позволявшую не только докуривать сигарету до конца, но и работать при этом обеими руками, не отвлекаясь от работы. Продукт пользовался большим спросом. Деньги, полученные от продаж, братья Касио вложили в разработку первого одноименного электронного калькулятора.

Поощрительное



Однажды ученые Колледжа Баруха городского университета Нью-Йорка заметили странную закономерность: продажи бигмаков в сети McDonald’s значительно выросли после того, как в меню появились салаты и прочие условно здоровые позиции. Не поверив цифрам с первого раза, исследователи провели несколько экспериментов, сымитировав ресторанный заказ в «кабинетном» формате. Результаты подтвердили - как только в меню появлялся салат, участники все чаще выбирали гамбургеры или картошку. После нескольких подобных экспериментов ученые пришли к выводу, что человеческий разум (чертовски ленивая штука) не различает принятое решение и совершенное действие. Поэтому идея «съесть салат» фактически приравнивается к выбору полезного блюда, после чего мы считаем, что, раз уж мы - такие молодцы, позаботились о здоровье, можно себя и побаловать немного за успешно проделанную работу.

Успех бренда Nike, наверное, можно объяснить в том числе подобным дефектом нашего мозга. По последним исследованиям бренд Фила Найта занимает треть от всего рынка спортивной одежды и аксессуаров. Треть! Фишка в том, что часть покупателей спортивной одежды, которая приобретается для занятий спортом (casual мы в расчет не берем) никогда им не занималась и заниматься не будет. Вы знаете этих ребят. Осознав в какой-то момент, что тело постепенно начинает заплывать жиром, а свой собственный член попадается на глаза все реже и реже, такие ребята решают заняться спортом, решительно объявляют об этом решении в своих социалочках, и, полные энтузиазма, первым делом покупают себе экипировку. Для того, чтобы довольными завалиться на диван с пивашкой и больше никогда с него не встать до следующего проблеска здравомыслия. Если верить американским исследователям, в момент покупки кроссовок наш мозг уже рассказал нам о том, какие мы крутые спортсмены и какой успех нас ждет впереди в связи с уже проведенными в нашей голове изнурительными тренировками. И что самое коварное во всем этом - мы получаем дозу эндорфина от осознания того, какие мы крутецы и как мы здорово позаботились о своем теле. С этого момента вероятность повторной покупки бренда резко повышается - мы, сами того не понимая, как наркоманы бежим за новыми кроссовками или шортами, чтобы ощутить «приход» еще раз. Скорее всего, именно этот дефект заставляет многих сноубордистов-новичков покупать крутые бордические шмотки лишь для того, чтобы выйти поваляться в снегу на ближайшей горке, ведь купленный комбинезон наш мозг уже приравнивает к статусу прорайдера (иначе я объяснить этот феномен никак не могу, а «это просто понты» не сильно смахивает на весомый аргумент).

Все эти эксперименты подтверждают мысль о том, что наши отношения с брендами очень похожи на отношения между мужчиной и женщиной. Как говорил Маркес, «я люблю тебя не только за то, кто ты есть, но еще и за то, кем становлюсь я, когда я рядом с тобой». Например, приверженцем здорового образа жизни, бегуном или сноубордистом.

Одиночное

2011 год. Один месяц без копейки денег вокруг Шотландии.
2012 год. Автостоп от Москвы до Майами.
2013 год. Велокруиз 3500 км от Вашингтона до Денвера.
2014 год. Самое главное путешествие - настоящий медовый месяц (то есть 31 день) в формате автокруиза по США с Любимой.

2015 год. Вокруг Исландии пешком. Почему Исландия? Причина та же - мало людей, много природы. Почему пешком? Потому что каждый месячник, который уже традиционно я устраиваю себе раз в год - это возможность попробовать что-то новое, узнать пределы своих возможностей, очистить мозг, забыть о социальных ролях, навязанных обществом и самим собой, почувствовать вдохновение (то есть новый вдох). В каждом подобном путешествии я попадаю в такие ситуации, в которых вряд ли попал бы в своей стране. Согласитесь, не часто в обычной жизни приходится просить милостыню, знакомиться с наркодилерами, спать у Рейхстага и останавливать полицейские машины. Я коллекционирую эмоции и новый опыт общения с разнообразнейшими людьми для того, чтобы потом использовать его в работе и в личных отношениях.

Мой план, как всегда - отсутствие плана. Прекрасная страна, желание обойти ее пешком, ноги и рюкзак. Это мой единственный план и единственный ресурс. А как сложится на самом деле - время покажет.



Индюковое

Последние два дня я работал в жюри фестиваля студенческих проектов Golden Compass в секции «Реклама и PR». Видел много работ, слушал много презентаций, ставил много оценок. В течение многих часов смотрел на горящие глаза студентов и желание многих из них сделать что-то крутое, произвести впечатление, получить комментарий. Конечно, все проекты вызывали массу вопросов. Конечно, было много ошибок и недочетов. И, конечно, манера презентации иногда выключала из процесса. Но это нормально - перед нами, в конце концов, стояли студенты. Которые смогли пройти через все бюрократические барьеры, своих деканов, доцентов, спонсоров и прочих участников процесса и создать идеи, сильно выходящие за рамки украинской системы образования. После каждой презентации все члены жюри старались давать развернутые комментарии, задавать наводящие вопросы и вместо того, чтобы акцентироваться на недостатках, рассказывали что понравилось в презентации и как можно улучшить все остальное.

А потом появился напыщенный индюк. Обычный пафосный «специалист из отрасли» имя которого не знала половина присутствующих, а вторая не понимала чем он занимается. Такие индюки есть на каждом специализированном мероприятии. В основном, они охотятся на молодняк, чтобы благодаря своему менторскому тону и грозным речам возвыситься над несчастными и наконец почувствовать себя крайне весомыми. Такие люди рассказывают студентам, что все, что они делают и все, что они из себя представляют - не более, чем кусок низкопробного говна. Это круто. Это дерзко. Это повышает ЧСВ.

Ок, предположим, человек не хочет самоутвердиться, а просто считает, что студентов нужно отрезвлять, бить по мордасам и постоянно завышать планку. Может ли такой подход работать? Конечно, может. Правда, для этого лектор должен работать со студентами в течение длительного времени, а не один раз за всю их жизнь. Он должен пройти с ними путь от полного недовольства до похвалы и обратно. И так несколько раз, прийдя в итоге к сильной эмоциональной связи, благодарности и уважению. Но чего «человеку с микрофоном» точно не стоит делать - так это гасить огонь в глазах студентов потоком своих комплексов.

Я искренне убежден - задача лекторов, преподавателей и членов жюри на различных студенческих фестивалях и конкурсах - оценить, еще лучше - сурово оценить, но при этом сделать так, чтобы человек не ушел с ощущением себя полным ничтожеством, которому нечего делать в профессии, а с желанием разобраться, исправить свои ошибки и начать делать первые робкие шаги в выбранной отрасли. На большее не способен ни один однодневный лектор. Зато если не гасить огонь, кто знает, лет через пять-шесть каждый из нас будет сидеть у этих ребят на конференциях и жадно записывать за ними содержание их лекций.

А индюкам место в зоопарке. Или на птицеферме. Тут уж кто что предпочитает.

Губернаторское

Арнольд Шварценеггер был губернатором Калифорнии с ноября 2003 по январь 2011. Как и всем политикам, ему приходилось постоянно препираться с законодательной властью, накладывая вето на их многочисленные предложения. Но, в отличие от большинства политиков, Арни умудрялся делать это творчески (что до сих пор у меня диссонирует с его ролями, внешним видом и манерой речи).

В октябре 2009 Ассамблея Калифорнии внесли поправки в энергетическую политику штата, которые не устраивали большинство жителей, включая Арни. Как и многие предложения чиновников, поступающие к нему на протяжении всего срока службы, новые поправки ему совсем не понравились. Поэтому он решил расставить все точки над «i» и отправил письмо с уведомлением о поправке обратно в Ассамблею без своей подписи, включив свой небольшой комментарий.



На следующий день вокруг письма Арни и поправки к закону Ассамблеи развернулся настоящий скандал. Новости о письме облетели все ведущие СМИ, в некоторых из них новость попала на первые страницы. Интернет шумел, люди радостно делились текстом письма. Простой комментарий стал настоящим вирусом. Потому что был очень близок не только жителям Калифорнии, но и большинству американцев. Потому что письмо было написано в контексте общего недовольства. Потому что эмоции могут работать даже в скучным бюрократических бумажках, если использовать их с юмором.

«Это просто совпадение, ничего больше» - сказал репортерам губернатор. Несмотря на то, что шансы подобного совпадения - один к триллиону.

P.S. Чтобы прочитать письмо Арни между строк обратите внимание на первые буквы в каждой строке.

Черепашье



Обычно, когда мы вызываем такси, мы хотим попасть из точки А в точку Б максимально быстро. Именно за скорость и комфорт (по сравнению с городским транспортом) мы готовы переплачивать. Скорость такси - это не предмет переосмысления. Это функциональная характеристика услуги по умолчанию. Да и вообще в такси мало что нового придумаешь. Комфорт. Цена. Уровень обслуживания. Класс авто... Или нет?

Японский таксопарк Sanwa Koutsu, расположенный в городе Йокогама, решил прекратить бесконечную ценовую гонку со своими конкурентами и поставить под сомнение скорость как что-то само собой разумеющееся. Так появились Turtle Taxi - маркированные такси, оснащенные специальной кнопкой, по нажатию на которую пассажир дает водителю сигнал сбавить скорость и перевести авто «в режим черепахи». Это позволяет сделать поездку больше похожей на обзорную экскурсию, чем на обычную гонку на максимально допустимой скорости по загруженному городу.

Казалось бы - чистейший абсурд. Но услуга быстро стала пользоваться большой популярностью. Во-первых, черепашьи поездки на такси стали идеальным вариантом перемещения для многих туристов, беременных женщин, старичков и матерей с маленькими детьми. Во-вторых, новая услуга сразу же получила одобрение от защитников окружающей среды, поскольку низкая скорость подразумевает меньше ускорений, а значит - меньше выброса CO2 и пониженный расход топлива. Сегодня таксопарк планирует оснастить черепашьей кнопкой все свои 500 авто и в следующем году выйти на рынок Токио, Канагава и Сайтама.

В большинстве случаев, именно в том, что «идет по умолчанию», что считается нормой, что воспринимается как данность, что не требует обсуждений находятся сильные идеи и решения. Чтобы их найти достаточно взять за правило чаще ставить под сомнение привычный ход вещей.

Собачье

В США, как, собственно, и во многих странах, включая нашу, есть большая проблема - бездомные собаки. Каждый год в стране вылавливают и убивают более двух миллионов собак. Вылавливают, потому что необходимо поместить их в собачий приют. Убивают, потому что на содержание такого количества собак просто не хватает средств.

Как и у нас, желающие взять себе бездомную собаку в очереди не стоят. Такие собаки поголовно больные, нелюдимые, невоспитанные, многие - с увечьями. Ни у кого нет времени и желания заниматься ими. Гораздо проще купить себе «подготовленную» породистую собаку.
Но что если бы можно было найти группу людей, которая была бы готова бескорыстно пожертвовать свое время и силы на воспитание и выхаживание собак? Людей, у которых было бы достаточно этого времени. И которые делали бы это с удовольствием.

Благотворительный фонд Don’t Throw Us Away нашел невероятно гуманное во всех смыслах решение. В сотрудничестве с Массачусетским исправительным департаментом они предложили заключенным нескольких тюрем стать волонтерами и заняться заботой о собаках. Каждому заключенному-волонтеру, находящемуся в одиночной камере, давали собаку на восемь недель. Камеры снабжались всеми необходимыми медикаментами, инструкциями по их применению и средствами по уходу. А перед заключенными ставилась задача натренировать собаку и приучить к нахождению рядом с человеком с тем, чтобы повысить шансы собаки найти новый дом через восемь недель.

Результаты эксперимента были круче, чем кто-либо мог предположить. Заключенные становились в очередь, чтобы стать волонтерами. Самые суровые преступники внезапно начали проявлять самые человеческие эмоции, при этом не стесняясь демонстрировать их окружающим. Тюремные психологи заметили, что волонтеры, хоть и со скрипом, но стали учиться понятию «забота» и, кто бы мог подумать, - нежности. Заключенные сопереживали брошенным собакам, понимая, что «их жизнь тоже потаскала».

В итоге, в то время как заключенные помогали собакам, собаки помогали заключенным. Один из волонтеров говорил: «Когда ты в тюрьме, ты один на один со стенами. Собака - это живое существо, которое полностью тебе доверяет, а ты полностью доверяешь ему. И стены становятся уже не так важны». Еще один говорил: «Люди забывают о тебе, как только ты попал в тюрьму. Точно так же, как люди забывают об этих собаках. Им нужно помочь снова учиться доверять людям». Несмотря на опасения психологов, после восьми недель ухода за животным, заключенные были счастливы, когда воспитанная ими собака находила новый дом. Многие сравнивали этот момент с выпуском ребенка из университета, или свадьбой дочки. Потому что чувствовали к этому свою полную сопричастность.

Задача, которая стояла перед фондом, могла решаться привычно - в лоб. Тысячи бордов по всей Америке, жалобные объявления в газетах, контекст, направленный на сердобольных граждан. То есть ровно то, что не приносило результатов до эксперимента. Вместо этого фонд описал для себя проблему собак и потребности заключенных, принеся в итоге пользу всем трем сторонам. На мой взгляд, именно на таких примерах стоит учиться рекламе сегодня.

Целевое

Меня многие спрашивают о том, почему я решил открыть школу английского языка, не имея к языку никакого профессионального отношения. Ответ на этот вопрос, как ни странно, связан с моим давним решением остаться в этой стране.

До 25 лет я чертовски хотел уехать. Неважно куда. Америка, Европа, Азия - куда угодно, лишь бы туда, где солнце теплее, трава зеленее, а люди ну вот совершенно другие. Потому что это ведь «там», а «там» - это вам не здесь. Так я думал до того момента, как начал активно путешествовать. С каждой новой страной мое понимание «там» видоизменялось, иллюзии вытеснялись реальностью, образы в голове становились фотографиями в телефоне, люди превращались в реальных персонажей. С каждым новым «месячником» становилось понятно, что, куда бы я ни поехал, везде есть свои минусы, свои проблемы и свое раздражение. Посетив 29 стран, я пришел к мысли о том, что для меня не имеет значения в какой стране жить. До тех пор, пока у меня есть возможность жить в любой из стран минимум месяц в году. А раз так - значит нет смысла куда-то переезжать, закрывать весь бизнес, продавать все активы и придумывать себе прочий геморрой.

Я не фанатик Украины. Здесь много глупости. Очень много. Здесь нет развитой инфраструктуры ни в одной из отраслей, кроме политики. Здесь масса мудаков, которыми пропитаны все сгнившие государственные и не очень учреждения. Здесь сложно делать бизнес, потому что бизнес - занятие долгосрочное, а с таким количеством мудаков у руля сложно строить планы дальше одного года. Здесь сложно и временами противно. Но для себя я нашел всего один мотив, который перевешивает все возможные минусы Украины: я решил, что хочу иметь отношение к становлению страны, а не к ее упадку. Я, совершенно незначительная сошка в рамках всего населения, могу либо стать очередным эмигрантом, помогая другому государству чувствовать себя еще лучше, чем оно чувствовало без меня, либо могу остаться и внести свой маленький вклад в изменение этой страны. Первый путь подразумевал обычное потребление созданных другими благ за свои заработанные на других деньги в странах и без того наполненных благами. Второй касался создания благ для их потребления другими в стране с жесткой нехваткой благ. В общем, я выбрал второй путь.

Вот только сказать - это одно, а как, черт возьми, это сделать на практике, не будучи политиком, чиновником, человеком «со связями» в этой стране? Когда речь заходит о вопросах такого масштаба, на помощь приходит моя любимая теория малых дел. Не нужно вершить большие глобальные и сверхмасштабные дела, чтобы запустить маховик изменений. Достаточно начать делать небольшие шаги, количество которых в итоге приведет к изменениям глобальным.

Таким шагом для меня стало образование. Ведь если ты не можешь изменить страну самостоятельно, можно попробовать помочь другим сделать это. Начинать, конечно, нужно с того, в чем сам разбираешься. В моем случае - с рекламы и дизайна. Так появилась московская школа интерактивных коммуникаций ИКРа в Киеве, так появилась наша школа рекламы Багаж, так было проведено более сотни лекций и мастер-классов для студентов, бизнесменов и преподавателей. В обеих школах мы рассказываем о том, как создавать продукты и бренды, которые бы могли начать конкурировать с европейскими и американскими аналогами, как относиться с душой к тому, чем занимаешься и как не плодить говно. Потому что иногда для изменений к лучшему не нужно ничего добавлять, нужно просто сократить количество говна.

И вот мы, наконец, добрались до Хотспота - нашей школы английского языка. Освоив профильное образование, я задался вопросом «Как еще я мог бы помочь людям расширить свои горизонты?». Именно в этот период моих размышлений, мы дискутировали с моей подругой и по совместительству моим преподавателем английского языка Оксаной (сейчас - мой партнер и методист школы) о влиянии языка на культуру и мироощущение человека. Мы пришли к общему мнению, что возможность понимать чужой язык и обмениваться мыслями с иностранцами - это один из самых важных инструментов роста человека, как профессионального, так и личностного. Язык позволяет читать недоступные для нас книги, посещать курсы, прослушивать лекции, обмениваться опытом, изучать другие культуры. В ходе горячей дискуссии нам одновременно пришла в голову простая мысль - если язык так сильно влияет на человека, то почему бы нам не заняться обучением людей языку?

«Да и без вас курсов достаточно» - скажете вы и будете, конечно, правы. Но у всех курсов, которые мне известны, есть одна и та же болезнь - вялая размазанность учебного процесса на долгие месяцы и годы. В итоге, судя по статистике, 90% даже очень замотивированных изначально студентов перестают изучать язык уже через полгода (в лучшем случае). Просто не хватает запала. Мы же решили сделать школу, которая поможет студентам сильно повысить свой уровень на более коротких, но и более интенсивных дистанциях в четыре месяца.

Сейчас у нас более пяти сотен студентов школы Багаж по всей Украине и более 100 студентов школы HotSpot. В рамках страны это пока что крохи. Если не учитывать тот факт, что каждый из этих студентов и то, что он делает, являются сами по себе примерами для нескольких десятков (а может и сотен) людей в их окружении. А это уже, согласитесь, не такая уж и маленькая цифра. Именно по этой причине меня так радует обильное появление школ и всевозможных образовательных курсов в Украине. Я уверен, именно образование, которое не только учит, но и вдохновляет - это то, что способно сдвинуть любую страну с мертвой точки вопреки мудакам у руля. Каждая новая школа, каждая новая лекция, каждый новый обмен опытом неважно в какой отрасли - это и есть те самые частички теории малых дел, которые вместе приводят к глобальным изменениям. Во всяком случае, так должно быть. Как минимум, это то, во что верю я.